21 мая в 16.00 в Рязанском художественном музее им. И. П. Пожалостина открывается выставка произведений И. Т. Богдеско из собрания В. Г. Беликова (Москва).
Собрание печатной графики В. Г. Беликова (Москва) уже не раз становилось основой выставок в Рязанском художественном музее. Сегодня вниманию зрителя предлагаются гравюры крупнейшего отечественного мастера книги Ильи Трофимовича Богдеско (1923-2010).
Начало биографии Богдеско — это история преодоления препятствий на пути к искусству. Уроженец старинного села Ботушаны в Приднестровье, десятилетним мальчиком он оказался вместе с раскулаченной семьёй в Кировской области; в 1938 году отца расстреляли. Ранние испытания не сломили юношу. Много значила поддержка учителей Трудпосёлка № 4, откуда пятнадцатилетний Богдеско отправился поступать в Кировское художественное училище — четыре дня пешего ходу. До войны ему удалось окончить три курса; в училище тогда подобрался сильный педагогический коллектив.
Продолжить образование художник смог после Победы, которую встретил в Бобруйске чертёжником при штабе дивизии. Поступив в Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры им. Репина, Богдеско навсегда связал свою творческую судьбу с русской академической школой. Графический факультет, уроки С. Присёлкова, К. Рудакова, Г. Епифанова, старинная библиотека — всё это укрепляло давнюю любовь к искусству книги, которому Богдеско в итоге и посвятил свою жизнь. Перебравшись в начале 1950-х годов в Кишинёв, он стал главным художником издательства «Картя Молдовеняскэ» и обладателем многих престижных наград. Иллюстрации к «Преступлению и наказанию» Достоевского, например, получили в 1975 году золотую медаль Лейпцигской выставки.
На выставке экспонируется классика творчества Богдеско. Циклы к произведениям Эразма Роттердамского, Сервантеса, Свифта выполнены автором в эпоху полной зрелости мастерства, когда после долгого периода рисования тушью и пером он ощутил неудовлетворённость этой техникой и обратился к гравюре резцом ради более строгого графического языка. Первым опытом явились иллюстрации к «Путешествиям Гулливера». Прочерченная в металле и затем перенесённая печатью на бу- магу чистая чёткая линия, прозрачная регулярная штриховка сродни духу английского Просвещения, его рациональности и беспощадному обнажению общественных пороков. Одновременно тем же резцом Богдеско создает лирические пейзажные заставки с Гулливером, тоскующим у моря; зритель не- вольно воспринимает их как оборотную сторону свифтовской сатиры.
Открыв для себя резец, Богдеско создал новый вариант рисованных им ранее тушью иллюст- раций к «Похвале глупости» Эразма Роттердамского, где добился большей, по его мнению, внятно- сти. Преддверием к остроумному тексту с чередой образов обманутого мужа, тщеславных поэтов, уз- колобых учёных и так далее служит портрет самого нидерландского гуманиста. Портрет восходит к знаменитым источникам, но Богдеско вносит и личную ноту: его Эразм «сухой, жёлчный, беспокойный, словно сама мысль…» Вообще, эрудиция художника, знание им гравюры северного Возрожде- ния нигде не приводит к стилизации — во всех листах чувствуется рука графика XX века. В подходе к иллюстрированию Богдеско не пренебрегал ни изучением эпохи, ни подготовительной работой с на- туры, однако важнейшей для него всегда была идея связи иллюстрируемой книги и жизненного опыта художника.
Лучше всего эта идея выражена в главном произведении мастера — иллюстрациях к «Дон Кихоту». Хотя Богдеско пришлось вступить в соперничество со знаменитыми предшественниками (к Сервантесу обращались Доре и П. Пикассо), его прочтение романа вполне оригинально, да и может ли быть иначе, если иллюстрируешь, «сверяя впечатления от образов книги с окружением, в котором живёшь». За двадцать лет работы над гравюрами исчез СССР, а народный художник Богдеско в семьдесят лет вынужден был уехать из родной Молдавии в Петербург. Графику дорога вневременная суть романа — судьба добра в реальном мире, — поэтому он избегает конкретики в деталях, но очень чуток к состояниям Рыцаря печального образа. По замечанию знавшего мастера В. Г. Беликова, «Дон Кихот у Богдеско — фигура трагическая, над его поступками художник не иронизирует, не смеётся: ему больно за него». Действительно, Богдеско удаётся передать глубоко человечный смысл книги Сервантеса, что делает цикл иллюстраций к «Дон Кихоту» духовным завещанием художника.
